Судьба Элизы Дулиттл (по пьесе Б. Шоу «Пигмалион»)


О чем повесть?

В один дождливый вечер состоялось знакомство профессора Генри Хиггинса и полковника Пикеринга. Они собираются поужинать у полковника в отеле, когда к ним подбегает молодая цветочница и просит купить цветы. Хиггинс бросил в ее корзину горсть монет, которые для него ровным счетом ничего не значили, а для девушки были значительной суммой.

На следующий день Элиза (так зовут цветочницу) приходит к профессору домой и говорит, что хочет взять у него уроки фонетики, потому что из-за ее произношения она не может устроиться на хорошую работу.

Элиза Дулитл

Пикеринг и Хиггинс заключают пари о том, что профессор за небольшой промежуток времени превратит уличную продавщицу в герцогиню. Спустя два месяца Хиггинс привел Элизу к своей матери в ее приемный день. Девушка сдала экзамен на отлично: никто не догадался, что она совсем не великосветская леди по рождению. Хиггинс выиграл пари.

Такие выходы в свет продолжаются еще несколько месяцев, пока профессор не начинает понимать, что подустал от этой истории. Но что же делать Элизе, у которой вся жизнь изменилась?

То ли комедия, то ли трагедия…

Необычной получилась героиня Элиза Дулитл. «Пигмалион» получился эдакой насмешкой над поклонниками «голубой крови». Именно так говорил и сам автор — Бернард Шоу. Для него было очень важной задачей показать, что все качества девушки, которые она со временем раскрывает как леди, можно было обнаружить еще в самом начале повествования, а качества цветочницы потом отражались в леди.

Характер человека не может определяться только средой. Это происходит через межчеловеческие, эмоционально окрашенные связи и отношения, через все то, что личность проходит в условиях свой среды. Ведь человек — существо восприимчивое и чувствительное, а не заводская штамповка, отвечающая стандартам определенного социального класса.

элиза дулитл пигмалион

Если не затрагивать лингвистику, которой отведено много места в пьесе, надо понимать, что «Пигмалион» изначально был веселой комедией, последний акт в которой содержит настоящую драму: Элиза Дулитл, маленькая цветочница, прекрасно справляется с ролью знатной дамы, но теперь уже больше никому не нужна. У нее есть не очень радостный выбор — вернуться на улицу либо выйти замуж за одного из трех героев.

Отличие цветочницы от леди

Посмотрев фильм, зрители могут понять, что Элиза Дулитл стала леди совсем не потому, что Генри Хиггинс обучил ее говорить и одеваться, а благодаря тому, что у нее сложились нормальные человеческие отношения с людьми в определенной среде. Несмотря на то что в пьесе очень много деталей внушает зрителям мысль, что именно в поведении леди и цветочницы и есть различие между ними, текст говорит кое-что прямо противоположное. Элиза сама говорит, что отличие леди от цветочницы не в том, как она себя держит, а тем, как с ней себя держат.

По мнению девушки, заслуга в том, кем она стала, принадлежит Пикерингу, а не Хиггинсу. Последний просто дрессировал ее, научил правильной речи, как необходимо носить одежду… Но этому она могла научиться и без посторонней помощи. А вот Пикеринг обращался с ней вежливо, и именно благодаря этому с Элизой произошли внутренние перемены, которые и отличают цветочницу от леди.

Элиза Дулиттл

О певице с таким псевдонимом см. Элайза Дулитл.

Стелла Патрик Кэмпбелл в роли Элизы Дулитл, 1913.

Эли́за Ду́литл

(
Дулиттл
[1][2][3][4]; англ. Eliza Doolittle) — героиня пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион» (1912), её постановок и экранизаций, а также адаптации в виде мюзикла «Моя прекрасная леди» (1956, одноимённая экранизация в 1964-м). По мнению ряда исследователей, её прототипом стала английская театральная актриса и натурщица Дороти Дин[5].

Роль, созданная драматургом специально для актрисы Стеллы Патрик Кэмпбелл, «…стала излюбленной женской ролью в театре и прославила многих актрис»[6]. Автор сравнивает свою героиню с Галатеей — прекрасной статуей скульптора Пигмалиона, оживлённой богиней Афродитой, внявшей мольбам ваятеля, влюбившегося в своё создание.

Элиза — кокни, жительница Лондона, торгующая цветами на улицах Ковент-Гардена. Шоу так описывает свою героиню:

Её никак нельзя назвать привлекательной. Ей лет восемнадцать-двадцать, не больше. На ней чёрная соломенная шляпа, сильно пострадавшая на своём веку от лондонской пыли и копоти и едва ли знакомая со щёткой. Волосы её какого-то мышиного цвета, не встречающегося в природе: тут явно необходимы вода и мыло. Порыжелое чёрное пальто, узкое в талии, едва доходит до колен; из-под него видна коричневая юбка и холщовый фартук. Башмаки, видно, также знали лучшие дни. Без сомнения, она по-своему чистоплотна, однако рядом с дамами решительно кажется замарашкой. Черты лица у неё недурны, но состояние кожи оставляет желать лучшего; кроме того, заметно, что она нуждается в услугах дантиста

— «Пигмалион», Действие 1-е[7]

.

Уильям Ранкен. Элиза Дулитл, 1914. Реджинальд Барбер. Дороти Дин — возможный прототип Элизы, 1890

Элиза случайно сталкивается с профессором Генри Хиггинсом. Слыша её выговор, он утверждает, что язык предопределяет положение в обществе. Полагая, что речь и манеры девушки можно полностью исправить, он заключает пари с другом, полковником Пикерингом: согласно его условию, профессор должен за шесть месяцев обучить цветочницу произношению, принятому в высшем обществе, и на светском приёме суметь представить её как герцогиню. В то же время Элиза хочет выучиться хорошему английскому для того, чтобы поступить торговать в цветочный магазин — и даже готова оплачивать свои уроки. Так она оказывается в доме Хиггинса и начинает своё обучение правильной речи, а заодно и правилам этикета. Постепенно она преображается и, неожиданно для своего учителя, приобретает чувство собственного достоинства — в основном благодаря Пикерингу, всегда ведущему себя как образцовый джентльмен. В конце пьесы Элиза признаётся Пикерингу, что именно его учтивость была для неё решающей:

Знаете, когда по-настоящему началось моё воспитание?.. В тот день, когда я впервые пришла на Уимпол-стрит и вы назвали меня мисс Дулиттл. С этой минуты я начала уважать себя… Вы разговаривали со мной стоя, снимали передо мной шляпу, пропускали меня в дверях… Разница между леди и цветочницей заключается не только в умении одеваться и правильно говорить — этому можно научить, и даже не в манере вести себя, а в том, как себя ведут с ними окружающие.

— «Пигмалион», Действие 5-е[8]

Версия Шоу предполагает, что Элиза руководствуется разумом, а не чувствами. В конце первоначального текста пьесы Элиза и Хиггинс навсегда расстаются, хотя в дополненном варианте 1938 года профессор Хиггинс выражает уверенность, что она вернётся. В послесловии к пьесе драматург даёт свою версию дальнейшей судьбы своей героини: она предпочла выйти замуж за влюблённого в неё Фредди и благодаря помощи полковника Пикеринга открыла собственный цветочный магазин. Он объяснил, что слова Элизы, обращённые к Хиггинсу в пятом акте: «Я даже за вас не пошла бы замуж, если б вы меня попросили» — это продуманное решение, вытекающее как из женской интуиции, так и из доводов разума.[9].

Шоу был против попыток театральных и кинорежиссёров устроить благополучный любовный финал Элизе и Хиггинсу[9]. Тем не менее, авторы адаптаций часто не соглашались с драматургом и изменяли финал, предпочитая рассматривать пьесу как современную версию сказки о Золушке, которой лучше подходит романтическая концовка[10].

Поучительность произведения

А эта сторона пьесы — именно в некоем синтезе: для любого человека определяющим является то, как он относится к другим людям. Общественное отношение состоит из двух сторон: поведения и обращения. Элиза Дулитл из простой цветочницы стала леди потому, что вместе с ее поведением изменилось и обращение с ней, которое она сумела почувствовать в мире, что ее окружает.

Она не стала графиней, как говаривал Хиггинс. Ей удалось больше: Элиза стала женщиной, энергия и сила которой неизменно вызывают уважение.

Героиня пьесы должна разрушить стереотип привычного образа хорошо выписанного произведения: вместо того, чтобы задумываться о марше Мендельсона и традиционном флердоранже, девушка старается построить планы самостоятельной жизни. Конечно же, понятно, что отсутствие любовной линии в этом сюжете принесло разочарование поклонникам Шоу. Но совсем не такая Элиза Дулитл. «Моя прекрасная леди» — фильм, несколько иначе интерпретировавший сюжет произведения. Роль Элизы в ней сыграла красавица Одри Хепберн. Здесь акцент был именно на лирической стороне взаимоотношения героев.

«Элиза Дулиттл — характеристика литературного героя»

ЭЛИЗА ДУЛИТТЛ (англ. Eliza Doolittle) — героиня «романа в пяти действиях» Б.Шоу «Пигмалион» (1913), дочь Алфреда Дулиттла, лондонская цветочница, за шесть месяцев превращенная профессором фонетики Генри Хиггинсом в «герцогиню». Существует предположение, что Шоу заимствовал ситуацию Э.Д. из романа Т.Смолетта «Приключения Перегрина Пикля», в одном из эпизодов которого герой с успехом выдает некую специально им обученную девицу-нищенку за леди. Образ Э.Д. был создан для актрисы Патрик Кемпбелл и дописывался в процессе репетиции в лондонском «Театре Его Величества» (1914). Героиня буквально «врывается» в пьесу: вульгарная, чумазая, с дикой, нечленораздельной речью, не лишенной подчас своеобразия (например, знаменитые «Уу-ааааа-у!» или «Кто шляпку спер, тот и тетку укокошил»). Генри Хиггинс решает — на пари с полковником Пикерингом — сделать из нее «настоящую леди». В ходе эксперимента Э.Д. переживает серию превращений. Первое — когда ее «отмывают до такой красоты», что родной отец не в состоянии узнать. Второе — когда она, очаровательная, с изысканной речью и манерами, выигрывает Хиттинсу пари. И третье — когда она обнаруживает свое новое, пока еще не устоявшееся, хрупкое, но живое «Я». Обретая правильную речь, она, подобно героиням любимого Шоу Ибсена, прежде всего обретает себя самое — не просто «хорошие манеры», а иной способ «быть». И, что очень важно, «быть» самостоятельно, независимо от воли своего учителя – ваятеля Хигтинса. Э.Д.— героиня типичного шовианского парадокса. Ей, как героине древнего сюжета о Пигмалионе и Галатее, полагалось бы, влюбившись в Хиттинса, стремиться к браку с ним. Но Шоу не мог создать такую героиню. Его Э.Д., конечно, привязана к Хиггинсу, но природа этого чувства для нее самой не вполне очевидна, во всяком случае, эротический оттенок не преобладает. Для героини гораздо важнее и интереснее собственная персона. Драма Э.Д. в том, что она в каком-то смысле не «до-воплощена» своим «создателем», пробудившим в ней природную одаренность — не только музыкальность, актерские способности, замечательный слух, но и яркую, мощную индивидуальность. Хиггинс именно пробудил, а не воспитал свою Галатею, и это благодаря тому, что Э.Д. — дочь своего отца, блестящего оратора и философа, мусорщика-джентльмена Алфреда Дулиттла. Конечно, Э.Д. уже не может вернуться к себе прежней. И не хочет. Ее смятение понятно: она уже хочет жить самостоятельно, но пока не знает, как. Натура страстная, тонкая, в отличие от Хиггинса, открытая другим людям, умеющая различать и ценить их душевные свойства, Э.Д. по-человечески безусловно выигрывает в «споре» со своим Пигмалионом. Героиня Шоу призвана разрушить стереотип соответствия традиционному образу «хорошо сделанной пьесы»: вместо того, чтобы мечтать о флердоранже и марше Мендельсона, она строит планы самостоятельной жизни. Понятно, что отсутствие явной любовной интриги в сюжете о Галатее и Пигмалионе разочаровывало поклонников Б.Шоу. В интерпретациях сюжета — мюзикле А.Д.Лернера и Ф.Лоу «Моя прекрасная леди» (в экранизации которого роль Элизы сыграла Одри Хепберн, 1964), фильме-балете «Гала-тея» с Е.С.Максимовой в главной роли (1977) — акцентировалась именно лирическая сторона взаимоотношений героев. Зато в пьесе А.Эйкборна «Воспитание Риты», сюжетно созвучной пьесе Шоу, усилен мотив драматического «превращения» одаренной ученицы. Лит.: Хьюз Э. Бернард Шоу. М., 1968. С.135-142; Пирсон X. Бернард Шоу. М., 1972. С.269-284; Образцова А.Г. Стелла Патрик Кемпбелл. М., 1973. С. 114-140.

Рейтинг
( 1 оценка, среднее 4 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: